Бразильский киномарафон. Художники Густаво Яан и Мелисса Дуллиус о том, что они делают в Москве
Февраль 8, 2010Февраль 8, 2010
Планируя наше месячное приключение, связанное со съёмками фильма в Москве, мы ориентировались на конкретные знаки и интуицию. Конкретный знак – это встреча с кинематографистом Вилиусом Мачиулскисом в Литве в прошлом году. Мы сразу захотели вместе работать. Вилиус заканчивает ВГИК. Он интересуется аналоговой кинематографией, в нашем случае – работой с 16-мм плёнкой.
Мы сразу почувствовали, что в Москве очень интересная атмосфера и, как следствие, образ мысли и жизни, способы творчества. Мы мало знали о Москве. С нами и прежде случались ситуации, когда нас привлекало какое-то место, куда мы приезжали специально для того, чтобы пропустить его сквозь наше собственное восприятие. Поэтому мы решили приехать в Москву, чтобы снять фильм «Кошачий эффект». Название фильма связано с нашей первой встречей с Мачиулскисом. Мы познакомились на семинаре, где тренировались обрабатывать плёнку вручную. Мы привезли из Берлина одну короткую сцену, которая произвела особое впечатление на участников семинара. В этой сцене показана кошка, идущая по улице. Особенность этой сцены в том, что чёрный цвет на картинке, например, тени, заменён на золотой. Этот эффект был достигнут во время обработки исходных материалов вследствие странных реакций химикатов, трансформировавших чёрный в золото. Мы стали обсуждать этот эффект, пробовали повторить его в лабораторных условиях. Одновременно с этим мы думали о Москве. Сложив эти два элемента в пазл, мы получили фильм «Кошачий эффект». Этот эпизод многое говорит о том, как мы работали прошлые годы и как мы развиваем наши методы и язык. Мы ищем знаки. Мы следуем им. Ситуация создаётся – фильм рождается. Кошачья сцена – последняя картинка, которую мы сняли для нашего предыдущего фильма «Триангулум». Эти кадры обрабатывались в Берлине оператором фильма Мишелем Болонье. Но мы не смогли использовать их в финальном монтаже, так как они очень отличались от всего остального материала. Так эти кадры были привлечены другим человеком в другой проект и превратились в первые кадры фильма, который мы делаем в Москве.
Как только мы решили приехать в Москву, мы начали активную деятельность: связались с друзьями друзей, завели новые интернет-контакты. Москва – огромный и жестокий город, где время течёт быстрее, чем в любом другом месте, где мы были. Здесь нет времени для колебаний. Люди на улицах выглядят уверенными, и мы тоже уверены в своем движении.
С фильмом «Кошачий эффект» мы продолжаем процесс кинотворчества, который мы начали два года назад, работая над фильмом «Триангулум». Возможно, это началось даже раньше, когда мы снимали фильм «Флюксус и Рефлюксус», пересекая Атлантический океан в направлении Берлина. Все эти фильмы рассказывают о постоянном движении, игре в самоидентификации и постоянных потоках, идущих от нас к другим. Эти фильмы трудно разделить, для нас это непрерываемый поток – меняющиеся города, люди, которых мы встречаем, которые формируют каждое место, одним словом, ситуации.
В течение 2010 года, если мы переживём московскую поездку, мы планируем создать и быть вовлечёнными в ситуации еще в двух городах Европы. И когда «Кошачий эффект» вернётся в Берлин, он будет вручную проявлен в нашей лаборатории.
| « предыдущая новость | следующая новость » | |
