Режиссёры фильма «Тарта» Иван Глазачев и Илья Леутин об исчерпанности тем в головах творческих молодёжи
Март 5, 2010Март 5, 2010СИНЕ ФАНТОМ: Илья, Иван, здравствуйте! Мы тут нашли в интернете несколько критических строчек о вашем фильме. Они и послужат основой моим «коварным» вопросам.
«Фильм «Татра» – очередное подтверждение исчерпанности тем в головах так называемой творческой молодёжи. Надуманный, фальшивый сценарий, нарочитая постановка, слабая игра «актёров». Фильм из разряда «ни о чём», аналогично, например, «Бумеру-2» или «Грузу 200». Прискорбно, что такое кино, снятое к тому же на дорогостоящую
кодаковскую плёнку, занимает первые места на престижных фестивалях. Симптоматично для нулевых годов: эпотаж, красочность, пустота»
Илья Леутин: Как нас учили самые важные в нашей жизни мастера и как задолго до этого сказал Гёте, дурной тон отвечать рецензентам, если, конечно, они не говорят, что ты украл
дюжину серебряных столовых приборов. Можно только поправить, что слово «эпатаж» пишется с буквой «а», а больше вроде бы ошибок нет. По крайней мере орфографических.
СФ: Первый вопрос о престижных фестивалях. У вас приличный список наград. Какие впечатления у вас от фестивальной жизни?
И. Л.: Список фестивалей у нас не такой уж приличный, наград и того меньше. По сути, мы отправили диск только в Питер – по настоянию ребят из съёмочной группы, и в Италию – потому что очень уж захотелось поехать в Пьемонт за вкусным белым вином. В Италии фильм очень понравился, для него даже придумали специальную награду, потому что основная неизменно должна, согласно старинной европейской традиции, отправиться самому остросоциальному полотну, затрагивающему актуальнейшую из неисчерпаемых
тем. А наша была, очевидно, за удовольствие. Через полгода, через какие-то третьи руки, через каких-то отборщиков и уж не знаю кого ещё, диск с фильмом попал к Дуне
Кустурице, дочери Эмира. Она нашла нас через своих московских друзей, и неожиданно мы обнаружили себя на «Кустендорфе», в чаду балканских веселий, в компании Эмира,
Джонни Деппа и еще много кого. Там нас тоже встречали радушно и прочили первую награду, но, как всегда, она досталась не фильму, а неисчерпаемой теме арабо-
израильского конфликта. Надо сказать, мы очень уж и не надеялись, потому что кино у нас не то что бы фестивальное: не острое, не умное, не расширяющее киноязык. Скорее
сердечное, зрительское, юношеское, а потому милое. И очень русское – остаётся лишь догадываться, какими глазами смотрели его люди из Канады, Ирана и Китая. Почему и как нас позвали на «Селекцию», нам тоже непонятно. Награды и фестивали не дали нам ничего, кроме возможности путешествовать, кутить и знакомиться с такими же, как мы, лоботрясами и лоботрясами похуже. Было интересно узнать, что это такое, но когда и если мы продолжим заниматься кино, то вряд ли кто-то из нас будет увлекаться подобной ерундой. Этим должны заниматься специально обученные люди, у которых с годами выработался иммунитет. Тех же кинематографистов, кто считает, что нужно непременно ездить на фестивали показывать себя по той причине, что для режиссёра это что-то даёт в плане эмоций, продвижения собственного имени и полезных знакомств, я считаю своими потенциальными классовыми врагами. Фестивальная разъездная жизнь, которая, по моему убеждению, есть дело постыдное, обязательно сделает из них то, что сделала уже со многими, многими и многими. А именно: высосет мозг, как устрицу, предварительно полив лимончиком и запив красным сухим.
СФ: Как сложился ваш творческий тандем? И как вам ряд – «Бумер», «Груз 200» и вы?
Иван Глазачев: Сложился под водочку. Ряд странный.
СФ: Как вы полагаете, имеет ли место эта самая исчерпанность тем в головах творческой молодёжи? К какому социальному кругу вы себя относите и какие темы на самом деле сейчас важны для вас?
И. Г.: Да, имеет. Отношусь к кругу толстых бородачей. На самом деле мне сейчас важно похудеть.
Ваня Глазачев жил в Украине и Сибири. Снимал клипы, играл музыку, выиграл чемпионат Москвы по городкам. Отрастил бороду; с тех пор, как женился, утратил интерес к быстрой езде на автомобиле по МКАДу.
Илья Леутин жил в Сибири и Поволжье. Занимается видеопоэзией, пишет роман о рыбаках и ни о чем больше слышать не хочет.
| « предыдущая новость | следующая новость » | |
